Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»)

Проф. В.А. Конев

Коллеги!

Начинаем серию занятий, посвященных анализу второго раздела «БиВ».

По мере того как уходит от нас время написания этой книжки, все более и поболее становится осязаемо усиление воздействия хайдеггеровских мыслях на философию и культуру в целом. Вчитываясь поновой в текст этой книжки, всякий раз обнаруживаешь в нем новые смыслы Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), новые нюансы, новые горизонты мысли. Чем это обосновано? Естественно, сначала сложностью и глубиной содержания самого текста. Но не только лишь. Новые смыслы появляются и поэтому, что сама культура, сама философия начинает мыслить заного, а поэтому и заного читать. На это подвигает ее вся история заканчивающегося столетия, заставившая Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») человека (в хайдеггеровском смысле этого слова) задуматься над трагедиями последнего века. Довольно только Освенцима и Гулага, чтоб начать осознавать, что нельзя мыслить и относиться к миру так, как мыслил и жил человек в последние триста лет. И осознавать это европейская культура начала в значимой мере благодаря и «БиВ». Так во обоюдном Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») индуцировании рождается новый тип осознания жизни: идеи Хайдеггера провоцируют новейшую идея, а новенькая идея, окунувшись в культуру, просит от начальных мыслях новых разъяснений, опять появляются новые мысли, которые опять входят в культуру, меняя ее, изменяются и сами, и опять требуют от начальных мыслях разъяснений. И такие круги обоюдного Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») индуцирования повторяются повсевременно. Наверняка, это один из законов развития самой культуры.

Жизненность книжки Хайдеггера и его мыслях в том, что они оказались способны поддерживать этот индуцирующий собственных участников диалог. Может быть, что не последнюю роль в этом (в возможности поддерживать рождение новых мыслей) играет и то, что сама книжка Хайдеггера Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») построена по тому же принципу: тут аналитическая идея повсевременно ворачивается к одному и тому, она движется кругами, обращаясь к собственной главной дилемме – что есть Присутствие, что есть бытие Присутствия, как Присутствие знает бытие. Это мы лицезрели и в первом разделе. Это показывает и 2-ой.

Начиная 2-ой Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») раздел, который назван «Присутствие и временность», Хайдеггер опять ворачивается все к той же дилемме – как бытийствует Присутствие, все к этим же экзистенциалам – забота, бытие-в-мире, размещение, осознание, речь и т.д. Но есть большое отличие экзистенциального анализа Присутствия в первом и втором разделах.

В первом разделе экзистенциальный анализ был Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») сосредоточен, сначала, на анализе несобственного бытия Присутствия. Умение быть Присутствия, гласит Хайдеггер, свободно для подлинности либо неподлинности, либо их модальной индифферентности. «До этого времени интерпретация ограничивалась, - говорится сначала второго раздела, - начиная со средней обыденности, анализом равнодушного соотв. несобственного экзистирования» (С.232). 2-ой раздел должен навести экзистенциальный анализ на собственное Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») бытие Присутствия. Почему ставится эта задачка? Просто поэтому, что если изготовлен анализ 1-го, то сейчас нужен анализ другого для полноты исследования? Нет. Это вытекает из основного вопроса, который поставлен в исследовании Хайдеггера. А это, как мы помним, вопрос о смысле бытия.

На этот вопрос ответ должно дать особенное сущее Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») – Присутствие, а «Присутствие, - повсевременно повторяет Хайдеггер, - есть как понимающая способность быть, для которой в ее бытии идет речь о самом этом бытии» (С.231). Но как осознает Присутствие бытие? А так, как оно бытийствует, ибо, как показал Хайдеггер, герменевтическая ситуация (ситуация осознания) просит предпонимания, подготовительного уяснения того, что должно быть понято. Это Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») пред-усмотрение для Присутствия заключается в методе его бытия, в каком оно себя находит, тогда и Присутствие открывает бытие таким, каким методом оно есть. Метод бытия есть пред-усмотрение бытия. И онтологическая интерпретация бытия (т.е. онтология, которая строится на базе аналитики Присутствия) также просит начального предпонимания Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), онтология может выявить только те свойства бытия, которые Присутствие открывает. Означает, если стоит вопрос о смысле бытия вообщем, бытия как такого, как целого, нужно отыскать ту экзистенциальную ситуацию, в какой Присутствие открывает бытие как таковое, бытие как бытие.

Хайдеггер гласит, что проведенный экзистенциальный анализ Присутствия как заботы не может Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») стать начальной интерпретацией этого сущего, а вкупе с тем и фундаментом для онтологического основовопроса (вопроса о смысле бытия). Почему? Так как он раскрыл только несобственное бытие Присутствия, ну и то как нецелое (см. С. 233). Во-1-х, через заботу, которая понималась как озабочение и заботливость, Присутствие открывает внутримирное существование – подручное Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») и событие, т.е. бытие вещей и событие-с-другими. Во-2-х, забота, которая рассматривалась как формально-экзистенциальная целость онтологического структурного целого Присутствия, есть таковой метод существования, который всегда кидает Присутствие в ситуацию еще-не. Экзистенция определяет бытие Присутствия тем, что оно всегда способно кое-чем еще не быть. Потому Присутствие Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), пока экзистирует, «сущностно противится вероятному схватыванию его как целого сущего», оно всегда не завершено, а целое Присутствия – это сущее от его "начала" до его "конца" (С.233).

Означает, экзистенциальный анализ необходимо навести в другое русло. «Чтобы интерпретация бытия Присутствия как фундамент разработки онтологического основовопроса стала начальной, она должна Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») сначала уже экзистенциально вывести на свет бытие Присутствия в его вероятной принадлежности и целости»(Там же). Так встает вопрос, как может Присутствие быть целым, если пока оно есть, ему всегда недостает еще чего-то.

Ответ, который находит «БиВ» на этот вопрос, прост и оригинален.

К недостаче Присутствия, гласит Хайдеггер, принадлежит Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») сам "конец". Конец бытия-в-мире – погибель. Этот конец, принадлежа к возможности быть, т.е. к экзистенции, очерчивает и определяет всякую целость Присутствия (С.234). Погибель (способность достигнуть конца) есть бытие-небытия, пишет Хайдеггер. И в этом сущностно важном для базовой онтологии заявлении видно ее кардинальное отличие от парменидовской традиции. Сейчас Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») и появляется задачка обрисовать погибель, выразить ее в понятии, что исходя из убеждений парменидовской онтологии нереально. Такое описание может быть только как экзистенциальное понятие погибели, экзистенциальное представление бытия-небытия, бытия к погибели (Там же). «Экзистенциальнаяструктура этого бытия, - утверждает Хайдеггер, - оказываетсяонтологическимустройством умения Присутствия быть целым» (Там же. Курсив мой – В.К Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»).).

1-ая глава второго раздела «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти» и посвящена выявлению экзистенциальной структуры бытия к погибели. Ее "фабула" – это выстраивание парадокса погибели, экзистенциала погибели, либо экзистенциального понятия погибели. Как может быть погибель дана Присутствию, если, как увидел еще Эпикур, «пока мы живые, погибели нет, а погибель Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») придет, так нас не будет». А "сюжет" главы другой – это неувязка онтологического смысла Присутствия: как сущее Присутствие множественно, множественно ли оно и как бытие, т.е. само бытие множественно либо едино.

Пойдем по "фабуле" главы.

Тут Хайдеггер к тому же снова показывает филигранное мастерство феноменологического анализа, мастерство выстраивания Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») смысла парадокса, в этом случае парадокса погибели.

Поначалу Хайдеггер отмечает, почему может быть связать целость Присутствия и погибель. Так как погибель завершает способность Присутствия быть, так как здесь Присутствие вроде бы останавливает свое вечное экзистирование к еще-не. Целое дается как то, что имеет начало и конец Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»). Такое осознание целого – самое обычное и начальное: целый кусочек хлеба, целый денек, целая жизнь. И Хайдеггер начинает с этого обычного смысла. Тогда понятно, что целое Присутствия – это Присутствие, которое достигнуло конца, собственной погибели.

Но тут появляется вопрос, а может ли Присутствие, которое есть неизменная экзистенция иметь такую целость, ибо конец Присутствия есть Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») конец экзистенции, а тем и конец самого Присутствия. Не экзистирующее сущее не является Присутствием. Тогда, может быть, "считывание" онтологической целости с Присутствия является безвыходной затеей? Нет, считает Хайдеггер. Но для этого нужно продвижение экзистенциальной аналитики к новым основаниям экзистенции, нужно углубление критики. «Вопрос о целости Присутствия Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), идиентично и экзистентный о вероятной возможности быть целым [т.е. как это находит свое проявление в обыденной жизни – В.К.], равно как экзистенциальный о бытийном устройстве "конца" и "целости" [т.е. как это может отыскать отражение в экзистенциальной "теории" – В.К.], таит внутри себя задачку положительного анализа до этого отодвигавшихся феноменов экзистенции Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»)» (С.237). Каких? Временных черт экзистенции, ибо «исходная онтологическая база экзистенциальности Присутствия есть но временность», как отмечалось еще в самом начале книжки и как увидел опять Хайдеггер 2-мя страничками ранее. Но как сначала книжки, так и фраза на 235 страничке падают "вдруг", а сейчас этот тезис ставится под обоснование Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»).

Итак, в центре рассмотрения сейчас оказывается онтологическая черта присутствиеразмерного бытия-к-концу и достижение экзистенциального понятия погибели. Экзистенциальное понятие погибели есть экзистенциальный опыт погибели. Как этот опыт может пережить Присутствие? (Замечу, что, выстраивая экзистенциальный анализ погибели, Хайдеггер экзистентно, т.е. в качестве реально экзистирующего, рассматривает в этой главе, ну и Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») далее, конкретно человека). Как человек получает опыт погибели? Он не может иметь опыта собственной погибели. Означает, через событие с другими, через погибель других. Но, видя погибель другого, Присутствие не переживает опыт погибели: «В претерпевании утраты не становится, но, доступна утрата бытия как такая, какую "претерпевает" умирающий» (С.239). Можно заместить одно Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») Присутствие другим в почти всех ситуациях, но нереально заместить, «когда дело идет о замещении бытийной способности, которая составляет приход Присутствия к концу и как такая присваивает ему целость. Никто не может снять с другого его умирание» (С.240). Но тогда не может быть опыта погибели? Может, но по-особому Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»). «Смерть, - делает заключение Хайдеггер, - как она "есть", по существу всегда моя. А конкретно, она значит своеобразную бытийную возможность, в какой дело идет впрямую о бытии всегда собственного Присутствия» (Там же. Курсив мой – В.К.). Погибель, как она "есть", всегда моя – это важный итог на пути приобретения опыта погибели Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»). Он дает возможность выделить значимый момент в понятии погибели – погибель не инцидент, а экзистенциальный парадокс, и погибель должна быть экзистенциально осмыслена, либо же она в собственном онтологическом смысле остается не понята. Экзистенциально осмыслена – это означает, что она должна быть понята как особенный метод бытия.

Далее в §§ 48 и 49 Хайдеггер детально узнает, чем Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») формальная структура конца вообщем и целости вообщем Присутствия отличается от вероятных, как он гласит, региональных структур конца и целости неприсутствиеразмерного сущего – от недостачи, от незрелости, от окончания (скончания), от конца живого (био погибели). Недостача подразумевает возможность еще-собранность-вместе чего-то, а Присутствие «не собирается в кучку Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»)», его еще-не принадлежит к нему всегда (С.243). Незрелость, становление зрелым подразумевает, что нечто со зрелостью добивается собственного конца (плод со зрелостью полностью закончен), но погибель не есть зрелость Присутствия, напротив, погибель быстрее отбирает у Присутствия способности заслуги полноты, либо оно может достигнуть зрелости еще до собственной погибели (акмэ людской Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») жизни, как гласили греки). Окончание подразумевает, что нечто прекращается (кончился дождик, кончилась дорога и т.п.) как наличное, либо оно охарактеризовывает законченность ("готовность") наличного (картина закончена) и т.п. Присутствие же не наличное, потому никакие модусы окончания не могут охарактеризовывать погибель как конец Присутствия. «Подразумеваемое гибелью окончание означает не законченность Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») Присутствия, но бытие к концу этого сущего. Погибель – метод быть, который Присутствие берет на себя, чуть оно есть», - заключает Хайдеггер (С.245). Потому экзистенциальное понятие погибели не совпадает с биологическим осознанием погибели, которое гласит о конце живого и которое Хайдеггер именует околеванием (С.247). Экзистенциальное понятие погибели не имеет ничего общего Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), показывает Хайдеггер, ни с обсуждением заморочек жизни "после погибели", ни с "метафизикой погибели", «экзистенциальная проблематика нацелена единственно на установление у Присутствия онтологической структуры бытия к концу» (С.249).

Итак, Хайдеггер сделал вывод, что погибель для Присутствия есть особенный метод его бытия – бытия к концу. Она принадлежит к бытию Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») Присутствия. А Присутствие характеризуется 3-мя основными базовыми чертами – экзистенцией, фактичностью и падением. Как следует, в парадоксе погибели эти свойства должны отыскать выражение. В §§ 50 и 51 Хайдеггер это и рассматривает.

Исходя из убеждений экзистенции, погибель есть бытие к концу. Что это означает? Это значит, что погибель предстоит Присутствию, но в Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») отличие от предстояния наличного (предстоит ремонт квартиры, приезд друга, гроза и т.п.) это такое предстояние, возможность которого избежать нельзя. Можно отложить ремонт квартиры, уговорить компаньона не приезжать, гроза может пройти стороной и т.п., но избежать погибели в принципе нельзя. «Смерть есть возможность бытия, которую Присутствие каждый раз должно Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») взять на себя само» (С.250). А отсюда следует принципиальный вывод: «Перед гибелью Присутствие стоит впереди себя в его самой собственной возможности быть. В этой способности речь для Присутствия идет впрямую о его бытии-в-мире. Его погибель есть возможность больше-не-способности-присутствовать» (Там же). Погибель ставит Присутствие Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») перед своим бытием. Перед гибелью оно стопроцентно вручено «наиболее собственной ему возможности быть», «себе самому сущностно разомкнуто», т.е. тут оно знает конкретно свое бытие. Возможность погибели как возможность прямой невозможности Присутствия выводит Присутствие из несобственного и неподлинного бытия к бытию подлинному и собственному. «Таким образом погибель раскрывается как Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») более своя, безотносительная, не-обходимая возможность», - таково ее экзистенциальное содержание (Там же).

Исходя из убеждений фактичности, погибель есть то, что Присутствие не приобретает задним числом, в процессе каких-либо событий, а есть такая возможность, в которую Присутствие брошено, оно вручено собственной погибели. Присутствие фактично экзистирует к собственному концу. Брошенность в Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») погибель раскрывается ему в расположении кошмара. Хотя человек не всегда оказывается в этом расположении, но «всякое царящее в Присутствии фактичное "познание" либо "неведение" о более собственном бытии к концу есть только выражение экзистентной способности по-разному держаться в этом бытии» (С.251).

Тут Хайдеггер перебегает к характеристике погибели в модусе падения. Бытие Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») к погибели в обыденности (в падении) проявляется в бегстве от погибели как собственной предельной способности. Люди, которые конституируют публичность, "знают" погибель как повсевременно случающееся происшествие, как "смертный случай". Люди заручились для этого действия и истолкованием, что, в конце концов, человек смертен. И Хайдеггер очень тонко замечает Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»): «Означенный оборот речи гласит о погибели как о повсевременно происходящем "случае". Он выдает ее за всегда уже "действительное", скрывая ее нрав способности и вкупе с тем принадлежащие ей моменты безотносительности и не-обходимости» (С.253. Курсив мой – В.К.). Погибель для людей не относится к определенному человеку: выражение "человек смертен" распространяет мировоззрение, что Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») погибель касается вроде бы человека вообщем, а не меня, ведь этот человек никто. Таким макаром, люди дают право прятать от себя самоё свое бытие к погибели, успокаивают человека насчет погибели. Но все-же обыденность признает что-то вроде достоверности погибели: погибель есть опытнейший факт, хотя он и Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») не определен во времени. Так складывается, по Хайдеггеру, особеннейшая черта способности погибели: верная и притом неопределенная, т.е. в каждый момент вероятная (С.258).

Тогда и выходит полное экзистенциально-онтологическое понятие погибели: «Смерть как конец Присутствия есть более своя, безотносительная, достоверная и в качестве такой неопределенная, не-обходимая возможность Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») Присутствия. Как конец Присутствия погибель есть в бытии этого сущего к собственному концу» (С.258-259).

Заключительный параграф главы «Экзистенциальный рисунок собственного бытия к смерти» выявляет и открывает экзистенциальную структуру бытия к погибели. Мы получили экзистенциальное понятие погибели, сейчас же необходимо показать, как само Присутствие сформировывает внутри себя осознание погибели, осознание своей погибели, т Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»).е. нужно проанализировать экзистенциальную ситуацию собственного бытия к погибели. Тут, в этом анализе, Хайдеггер как бы повторяет все то, что было дано им в экзистенциальном понятии погибели, но это повторение открывает, либо поточнее, очевидно вычерчивает особенный смысл бытия – бытие всегда принадлежит кому-то, есть чье-то, у бытия есть Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») собственное имя. Бытие как подлинное бытие есть собственное бытие. Тут разыгрывается "сюжет" главы, то, что я именовал "онтологическим смыслом Присутствия".

О чем речь идет?

Хайдеггер ставит вопрос о смысле бытия, либо что есть бытие вообщем. Для ответа на этот вопрос необходимо было отыскать то место, где бытие Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») себя указывает. Это где – Присутствие, которое существует так, что для него весомым становится само бытие. Его экзистенция есть метод различения сущего и бытия (Присутствие знает онтологическое различие). И создатель «БиВ» сходу заявил, что экзистенция всегда "моя", а Присутствие – это всегда "Я сам". Но это "Я" не "Я, имярек", а Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») некоторое экзистенциальное Я, которое имеет определенную способность – способность быть, как трансцендентальное Я в философии cogito имело способность знать. Критически анализируя экзистенциальное Я, Хайдеггер выявляет разные модусы "быть", т.е. проявления бытия (бытие-в-мире, бытие вот и т.п.). Это познание о бытии? Да. К этому познанию пришли Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») через критичный анализ Присутствия. Присутствие в данном случае для базовой онтологии только средство, предмет анализа, "окно", через которое глядят на бытие (либо в каком бытие себя указывает). В данном случае само Присутствие не принципиально, это экзистенциальное понятие "абстрактно", хотя эмпирически (экзистентно) Присутствием оказывается всякое человеческое существо (и не только Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») лишь оно, как я гласил). То, что эмпирически (экзистентно) Присутствие множественно, для экзистенциального анализа непринципиально, экзистенциально (онтологически) оно одно – это определенный метод бытия.

При анализе же целости Присутствия, полноты бытия Присутствия находится, что множественность Присутствия имеет экзистенциальный смысл, ибо подлинный смысл бытия, бытие как целость, как неподдельность, как фактически Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») бытие обнаруживает себя исключительно в своем бытии Присутствия, т.е. таком, которое не может принадлежать никому другому. Я бы произнес, исключительно в том случае, если бытие персонально, собственное и имеет (может иметь) имя. Хайдеггер не гласит ни об имени, ни об особенности. Но на мой взор, его анализ бытия Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») к погибели связан конкретно с этим. В этой главе мы читаем: «Если но целость Присутствия конституируется "скончанием" как умиранием, то бытие его целого само должно пониматься как экзистенциальный парадокс всегда собственного Присутствия. В "скончании" и в им конституированном целом-бытии Присутствия нет на самом деле никакого заместительства» (С.240. Курсив Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») мой – В.К.). В другом месте: «Здесь (в погибели – В.К.) Присутствию может стать ясно, что в этой отличительной способности себя самого оно оказывается оторвано от людей, т.е. заступая (о заступании побеседуем чуток позднее – В.К,) всегда уже может вырваться от них» (С.263. Курсив мой – В.К.). Бытие к Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») погибели, либо бытие к небытию – это бытие к собственной экзистенциальной границе. Такое бытие имеет смысл для всякого сущего, имеющего особенность, либо поточнее, тогда, когда сущее взято к собственной экзистенциальной границе, оно персонально, именовано. И Хайдеггер, отмечая экзистенциальную характеристику погибели – погибель есть более своя, безотносительная, не-обходимая возможность, – отмечает: «Как такая Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») она есть отличительное предстояние» (С.251. Обращу ваше внимание на то, что выделено самим Хайдеггером – В.К.). Отличительное – значит, что погибель от-личает, раз-личает, выделяет личное, личное. Там, где есть это отличительное предстояние, там находится собственное бытие.

Таким макаром, Присутствие как экзистенциальное Я, ничье Я, ничья экзистенция не может не Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») замкнуться на экзистентное Я. В самой сущности метода бытия Присутствия (это 1-ый смысл понятия Присутствие) раскрывается возможность (и необходимость) осознания Присутствия как дискретного (личного) бытия (2-ой смысл понятия Присутствия). Здесь возникает какое-то особенное отношение прерывности и непрерывности бытия, которое является результатом разрыва бытия небытием (гибелью) и существует Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») благодаря временности бытия. Так базовая онтология перестает быть метафизикой, которая знает одно единое бытие как бытие. Базовая онтология знает бытие, которое само себя размыкает, т.е. отличает, различает, знает бытие, которое отличает себя от другого бытия. Я бы произнес, что это онтология личного бытия.

А сейчас вернемся Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») к заключительному § 53 «Экзистенциальный рисунок собственного бытия к смерти». В какой экзистенциальной ситуации Присутствие находит собственное бытие к погибели? Как Присутствие обнаруживает собственное бытие к погибели, если оно, в конечном счете, никогда не вступает в отношение к собственному концу, более того, уклоняется от него. «Не умопомрачительное ли предприятие, - спрашивает сам Хайдеггер Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), - рисунок экзистенциальной способности настолько проблематической экзистентой возможности быть?» (С.260).

Решает эту парадоксальную делему Хайдеггер очень остроумно. Погибель есть возможность бытия Присутствия, "моя" возможность. Но это особенная возможность, она нужная возможность, но она никогда не преобразуется в реальность, ибо если она становится реальностью, то Присутствие перестает быть. Означает экзистенциальная ситуация бытия к Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») погибели, осознания погибели должна быть связана с осознанием способности, которая есть только возможность, с постижением самой способности как такой. Эту экзистенциальную ситуацию Хайдеггер именует «заступание в возможность» [vorlaufen – "забегать вперед", “Vorlaufen in die Möglichkeit” - "вхождение в возможность, вступание в возможность"] (С.262). Так как погибель – это бытие Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») к способности, более своя достоверная, не-обходимая и т.д. возможность, то тогда, когда Присутствие попадает в чистую возможность, которая не преобразуется никогда в реальность, в возможность собственной абсолютной невозможности, тогда оно знает возможность как таковую, тем знает свою способность быть. «Заступание оказывается возможностью осознания более собственной последней возможности быть, т Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»).е. возможностью своей экзистенции» (С.263).

Экзистенциальная ситуация бытия к погибели совсем не значит, что Присутствие всегда живет под дамокловым клинком погибели, повсевременно думая о ней. Нет. Это ситуация осмысления собственной способности для…, осознания (т.е. умение распоряжаться, а не глазение на смысл), что любая возможность, которая Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») раскрывается передо мной, есть моя, и ее реализация либо нереализация находится в зависимости от меня. Умение созидать и распоряжаться своими способностями, вкладывать себя в каждую (раз она моя) возможность – это и есть заступание в возможность, а начально (онтологически) оно есть осознание отданности собственному здесь-и-сейчас, брошенности в свое бытие-в Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»)-мире. Потому Хайдеггер мог сказать: «Ближайшая близость бытия к погибели как способности от реальной погибели так далека, как возможно» (С.262).

И в заключение Хайдеггер обрисовывает экзистенциальный строй (структуру) собственного бытия к погибели, в каком Присутствие конституируется как осознание погибели, либо умение распоряжаться возможностью. Этот строй бытия к погибели порождает Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») незапятнанное осознание самой собственной способности как такой, которое характеризуется определенными чертами:

Погибель есть самая своя возможность Присутствия. Бытие к погибели размыкает Присутствию его самую свою способность быть, где дело идет прямо о бытии Присутствия. Осмысляя саму возможность как то, что принадлежит ему самому, что отличает его от людей Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), Присутствие оказывается оторвано от их.

Эта возможность безотносительна, т.е. принадлежит и обращена к нему как одинокому. Это не означает, что Присутствие лишается озаботившегося бытия при… и рачительного бытия с…, но, будучи в-мире, оно должно кидать себя на самую свою способность быть, а не на возможность человека-самости Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), т.е. во всяком деле (в том числе и в деле людей) исходить из себя, а не ориентироваться на то, как люди привыкли делать.

Более своя, безотносительная возможность не-обходима. «Бытие к ней принуждает Присутствие осознать, что в последней способности экзистенции ему предстоит себя сдать» (С.264). Но это Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») заступание не уступает необходимости, а, пишет Хайдеггер, «высвобождает себя для нее» (Там же), т.е. осознание этой не-обходимости способности приводит Присутствие к свободе. Да, не-обходимо будет мир без меня, но пока я в этом мире, то он не без меня, и в этом моя свобода: я его Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») порождаю. Как безотносительная возможность она уединяет Присутствие, как не-обходимая она делает Присутствие, понимающим бытийную способность других. Вхождение (заступание) в крайнюю возможность, ее осознание, приводит к тому, что все фактичные способности понимаются через нее, а тем появляется возможность экзистентного (т.е. в реальной ситуации) предвосхищения целого Присутствия, т.е Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»). возможность экзистировать как способность быть-целым (Там же).

Самая своя, безотносительная и не-обходимая возможность достоверна. Эта достоверность есть уверенность в бытии-в-мире. И эта уверенность, дающаяся заступанием, гласит Хайдеггер, более достоверна, чем очевидность переживаний, Я и сознания (С.265).

Самая своя, безотносительная, не-обходимая и верная возможность неопределенна Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»). Как заступание открывает эту черту отличительной способности Присутствия? Через постоянную опасность, которую Присутствие переживает в расположении кошмара и которую представляет в людях "пугливый ужас" перед гибелью (С.265-266).

Так представляется Хайдеггером онтологическая возможность заступания в погибель. Хайдеггер именует ее пока только эскизом, потому что еще предстоит узнать, а свидетельствует ли само Присутствие Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») о таковой способности. «Бросает ли когда себя Присутствие фактично на такое бытие к погибели?», - спрашивает Хайдеггер (С.266). Для этого необходимо узнать, может ли Присутствие, исходя из собственного умения быть, заверить возможность этой экзистенции. Этому и будет посвящен предстоящий текст «БиВ».

Заканчивая обзор содержания данной главы, желал бы Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») тормознуть на одном вопросе, который связан с обсуждаемой тут неувязкой – неувязкой целости Присутствия – но который Хайдеггером никак не затрагивается.

Сначала главы Хайдеггер гласил, что целое Присутствия заключено в его существовании от его "начала" до его "конца", от "рождения" до "погибели" (С.233). И потом он рассматривает целое Присутствия через бытие Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») к концу, к погибели. Но если целое заключено меж "началом" и "концом", то почему берется только отношение к одному концу? Может быть ли рассмотрение целого Присутствия через отношение к началу, к рождению, через бытие-к-рождению, либо бытие-от-рождения? Я думаю, что таковой экзистенциальный анализ тоже в принципе Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») вероятен. Но тогда поменяется тональность экзистенциалов. Заместо погибели – рождение, заместо кошмара перед гибелью – удовлетворенность рождения, заместо одиночества – предки, заместо способности – реальность и т.п. Рождение в отличие от погибели есть не в ситуации еще-не, а в ситуации уже. При этом, я думаю, что это не ситуация брошенности, когда Присутствие фактично Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») находит себя уже в мире, а конкретно ситуация уже-свершения, когда понимается итог творения, сотворения, нарождения. Брошенность в мир охарактеризовывает независимость моего нахождения в нем, рождение как факт возникновения в мире также независим от меня, но рождение как экзистенциальная ситуация нечто другое – это признание свершившегося. Потому есть деньки рождения Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти»), юбилеи, которые подводят результат свершениям. Если погибель есть моя незапятнанная возможность, то рождение – мое незапятнанное свершение. А свершение нуждается в принятии, в адаптации, в признании. Признание, непременно, проявление целости Присутствия (человека). Свершившееся, достигнутое и получившее признание («Ай, да Пушкин! Ай, да сукин отпрыск!») выражает полноту реализации человека. Признание Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») открывает новые методы действия Присутствия, где возникает любовь, счастье, о которых Хайдеггер никогда не гласит. При этом это экзистенциалы собственного бытия Присутствия, а не формы несобственного существования. Короче, если тональность онтологии Присутствия, данная в «БиВ», определяется одиночеством, страхом и бытием к погибели, хотя Хайдеггер и повторяет повсевременно, что все Способ бытия к концу (Раздел 2, гл. 1 «Возможная целость Присутствия и бытие к смерти») это не несет внутри себя оценочного смысла, то включение в онтологический анализ "другого конца" существования Присутствия – рождения – может поменять эту тональность диаметрально.

На этом разрешите сейчас окончить! Спасибо!

Семинар 9


sportivnij-doping-v-voprosah-i-otvetah.html
sportivnij-klub-saburovec-doklad-direktora-gou-co-1828-saburovo.html
sportivnij-kompleks-im-v-p-suhareva-mesto-provedeniya-sorevnovanij-g-perm-sportivnij-kompleks-im-v-p-suhareva-universalnij-manezh-shosse-kosmonavtov-158a-mandatnaya-komissiya-provoditsya-po-adresu-g-perm-shosse-kosmonavtov-158a.html